Духовные ловушки волонтерства

Нынешний год, который всем запомнится как год коронавируса, стал проверкой на прочность для тех, кто посвятил себя помощи людям на волонтерских началах: продолжающаяся эпидемия ставит перед добровольцами все новые вызовы, все новые и новые люди нуждаются в помощи и поддержке. А для кого-то этот трудный год стал временем присоединения к числу волонтеров. Давайте поговорим о том, какие проблемы, кроме усталости и упадка сил, могут ждать волонтера, попадаются ли на этом сложном, но правильном пути ловушки духовного плана, и как их обойти.

Главное и очевидное для христианина искушение при всяком добром деле, а тем более, возведенном в ранг регулярного, как волонтерство, – действовать ради галочки, как бы вступая с Богом в отношения обмена: я – Тебе (в лице нуждающихся ближних, ведь сказал же Господь: «Кто сделает это для малых сих, сделает для Меня»), Ты – мне (блага в сей жизни и будущей). Благотворительность в широком смысле и волонтерство как ее проявление нужно стараться полюбить как образ жизни во Христе: я не могу жить иначе, и поэтому я это делаю, а не могу потому именно, что вижу любовь Божию ко мне и хочу хоть немного быть достойным ее. Таким образом, я делаю это не «для себя», что является широко распространенной установкой светских регламентов для волонтеров, а «ради Бога», Которого я разглядел в лице ближнего.

Считать помощью то, что нужно, по сути, тебе самому – логическое продолжение темы. Вот мы относим в благотворительные фонды ставшую ненужной нам одежду, обувь, другие вещи… Доброе дело делаем? Заслуживаем благодарности? Правильный ответ – нет. Мы помогаем самим себе, освобождая свои шкафы, расчищая собственное жизненное пространство, и должны быть безмерно благодарны тем, кто помогает нам в этом, донашивая за нами. Добрым делом может считаться, пожалуй, только транспортировка этих вещей к месту сбора, непременно с трудом для себя (потратили время, нести было далеко и тяжело).

Волонтерство – отличное средство борьбы с унынием. Однако, видя страдания больше собственных, ты вдруг можешь начать зависеть от этой очевидной демонстрации собственного благополучия. Грех уныния будет требовать постоянного допинга в виде очередных акций доброй воли, которые могут превратиться для самообольщенного волонтера в «развлекательные» мероприятия. Отзывы волонтеров зачастую пестрят восторженными воспоминаниями о том, как все было здорово и совсем не напряжно. Постепенно ты понимаешь, что ездишь к инвалидам и сиротам, пожилым и неблагополучным ради «экшна» с собой в главной роли или ради тусовки с себе подобными – одним словом, ради собственного психологического комфорта, а не действительного СО-чувствия и СО-участия в жизни других.

Добровольца всегда подстерегает опасность превозношения. Особенно когда обретаешь определенные успехи в волонтерской деятельности, видишь вокруг себя множество «облагодетельствованных», довольных и, возможно, благодарных, появляется большое искушение начать делить мир на благополучных и неблагополучных, причисляя себя именно к первым, утрачивать видение своих грехов, того, насколько ты все-таки бедствуешь на пути спасения и в целом далек от Бога.

Случается и обратное – духовное уподобление тем, кому ты взялся помогать. Распахивая душу навстречу чужому горю, можно одновременно впустить в нее и те страсти, которые привели человека к бедственному положению и не позволяют ему из него выйти: гнев, обиды, желание отмщения, уныние. Борясь за права ближнего, помогая ему, например, юридически, важно не впасть в те же искушения, сохранить дистанцию от грехов, но не от человека.

Наконец, полагание на собственные силы – классический штамп на пути «выгорания». Не в силах помочь в чем-то даже самим себе, мы беремся разрешать гораздо более запущенные ситуации.

Лилия ШАБЛОВСКАЯ

Публикация журнала «Моя Надежда»
(Нижегородская митрополия)